Майкл Сэйлор сравнивает падение биткоина с кризисом Apple 2013 года

Майкл Сэйлор сравнил падение курса биткоина на 45% с обвалом акций Apple в 2013 году, отметив, что глубокие коррекции — неотъемлемая часть инвестиций в перспективные технологии. Он призывает держателей биткоина мысленно вернуться в прошлое и вспомнить о компании Apple — не о сегодняшней, а о той, что была в 2013 году. Тогда стоимость акций упала на 45% от пика, а соотношение цены и прибыли опустилось ниже 10. Компанию воспринимали как актив, исчерпавший потенциал и лишенный перспектив роста. При этом iPhone уже стал незаменим для более чем миллиарда человек, но рынок оставался настроен скептически. Полное восстановление прежней стоимости заняло семь лет — и произошло лишь после того, как компанию поддержали Карл Икан и Уоррен Баффетт. Именно такое сравнение предпочитает Майкл Сэйлор, основатель компании Strategy (MSTR) — крупнейшего публичного держателя биткоина. «На самом деле нет примеров успешных инвестиций в технологии, где не пришлось бы пережить падение на 45% и пройти через эту «долину отчаяния», — заявил Сэйлор в подкасте Coin Stories Натали Брунелл. «Сейчас наш процесс длится уже 137 дней. Но он может занять два года, может — три. Если на это уйдет семь лет — поздравляем: все идет как с Apple». Биткоин подешевел примерно на 45% от исторического максимума около $125 000, что сопоставимо с масштабом падения акций Apple в период с 2012 по 2013 год. Спад уже оставил заметные следы. Только 5 февраля, когда курс биткоина упал с $70 000 до $60 000 за одну торговую сессию, сеть зафиксировала убытки в размере $3,2 млрд с учетом корректировки по участникам, согласно данным Glassnode. Это превзошло по масштабам крах Terra Luna и стало крупнейшим однодневным убытком в истории биткоина. Сэйлор частично объяснил менее выраженный цикл структурными изменениями. По его словам, перенос операций с деривативами с офшорных площадок на регулируемые рынки США снижает волатильность в обе стороны: то, что раньше могло привести к падению на 80%, теперь оборачивается снижением на 40–50%. Традиционные банки по‑прежнему отказываются предоставлять значимое кредитование под залог биткоина. Это вынуждает некоторых инвесторов обращаться к теневому банковскому сектору или схемам с перезалогом, что может создавать искусственное давление на продажи в периоды стресса. На вопрос о рисках, связанных с квантовыми вычислениями, Сэйлор ответил столь же скептически. Он назвал это очередным из длинной череды сценариев, вызывающих опасения, — от споров о размере блока до вопросов энергопотребления и доминирования китайских майнеров. Такие темы привлекают внимание, но в конечном счете не способны остановить развитие сети. Он подчеркнул, что квантовые вычисления не представляют угрозы в ближайшей перспективе: до реальной опасности, скорее всего, остается больше десяти лет. К тому моменту, по его ожиданиям, государственные, финансовые, потребительские и оборонные системы уже перейдут на постквантовую криптографию. Программное обеспечение биткоина тоже будет развиваться, отметил он: узлы, биржи и производители оборудования смогут обновиться на основе широкого глобального консенсуса, если это потребуется. Любой значимый прорыв в области квантовых технологий, по словам Сэйлора, потребует скоординированного обновления всех цифровых систем в мире — не только биткоина. В этом контексте он охарактеризовал и разговоры о квантовых угрозах, и возобновившийся интерес к файлам Джеффри Эпштейна (которые критики использовали для атак на некоторых разработчиков Bitcoin Core) как сменяющие друг друга формы страха, неопределенности и сомнений (FUD). «Это несущественная проблема, — сказал Сэйлор. — Полагаю, людям надоели квантовые FUD, и они переключились на Epstein FUD».